Пасха и Первомай: праздники-близнецы

Православная Пасха и пролетарский Первомай, бесспорно, особо почитаемые россиянами весенние праздники. В нынешнем году светлое Воскресение Христово выпало на 28 апреля, а за ним – впервые за много лет длинные, «сродни» новогодним каникулам, выходные дни.

 

Православная Пасха и Первомай в дореволюционной и современной России всегда «ходят парой». Они для нашей державы – самые ожидаемые, самые отмечаемые, самые многолюдные, самые желанные и, пожалуй, самые пьяные. В эти дни и верующие, и атеисты, не устающие бороться за права трудового народа, всегда готовы «разговеться» сполна.

Первым в советской культуре «братство» христианского и пролетарского праздников заметил писатель-пересмешник Юз Алешковский в далёком 1960 году в своей шутливой песенке «Советская Пасхальная»:

Смотрю на небо просветлённым взором,
Я на троих с утра сообразил,
Я этот день люблю, как День шахтёра
И праздник наших Вооружённых сил.

Сегодня яйца с треском разбиваются,
И душу радуют колокола.
А пролетарии всех стран соединяются
Вокруг пасхального стола.
<…>

 

Праздник Пасхи вошёл в народное сознание христианства издревле – больше десяти веков назад. Отмечать Первомай стали значительно позже. Его «биография» началась в 1886 году с расстрельной демонстрации рабочих промышленной столицы США – Чикаго. В тот день заокеанские пролетарии пошли под пули полиции с требованием установить 8-часовой рабочий день. Сам этот призыв был не нов: за 30 лет до того, 21 апреля 1856 года столь невиданно короткую по тем временам рабочую смену потребовали от своих нанимателей рабочие Австралии. И хотя добились своего только спустя 43 года – в 1893 году, дату первого выступления пролетариев за свои права на зеленом континенте отмечают нынче как всеобщий праздник. Да и кровь рабочих Чикаго пролилась не зря. Уже на следующий 1887 год именно 1-го мая по Европе прокатилась волна демонстраций и стачек. Ещё через 4 года, в 1890 году, 1 мая, назвав его Днём международной солидарности трудящихся, отметили в России: на первые маёвки собрались ткачи и литейщики Варшавы и Лодзи – городов Польши, что входила в состав Российской империи. Ещё через 7 лет, в 1897 году, Первомай впервые отметили в российской столице. В тот год 1 мая в Санкт-Петербурге прошли массовые демонстрации, но не только с экономическими, а и политическим лозунгами: «Долой самодержавие!» и «Да здравствует республика!». Историки утверждают: именно с 1 мая 1897 года и именно с России Первомай во всём мире стал носить преимущественно политический характер.

В 1918 году, на втором году советской власти, праздник 1 мая стал государственным под названием День Интернационала. И только в 1972 году его название сменили на День международной солидарности трудящихся — Первое Мая. Празднику с устоявшимся лозунгом «Мир, труд, май» (со времён хрущёвской «оттепели» остряки продолжали его словами «июнь», «июль», «август») сопутствовали не только демонстрации населения во всех без исключения населённых пунктах страны, но и военные парады в её крупных городах. Завершали первый день мая салюты и фейерверки.

 

Последний в Советском Союзе торжественный первомайский парад прошёл в 1990 году. Тогда же впервые за всю историю советского государства в самом сердце его столицы – на Красной площади не прозвучали обычные и привычные для таких праздников здравицы во славу «родных партии и правительства». Хотя демонстранты по-прежнему тепло приветствовали стоящих на трибуне мавзолея Ленина руководителей страны. Шествие колонн подходило к концу и вдруг, словно весенний гром среди ясного неба, у партийного мавзолейного «амвона» на всю страну раздались громкие требования отставки руководства СССР, роспуска правящей партии, свободных, прямых и всеобщих выборов Президента страны. Эти и другие протестные лозунги скандировали несколько сотен участников демонстрации. И тот протест, как доказали последующие за ним события, отразил настоящие чаяния миллионов советских граждан, уставших от десятилетий обещаний «светлого будущего», которые на деле обернулись очередной карточной системой, острым дефицитом самой элементарной еды и самых простейших бытовых товаров. На трибуне усыпальницы «вечно живого» стояли Михаил Горбачёв и другие правители трещавшего по швам СССР. Центральное телевидение вело прямую трансляцию празднества, и весь конфуз властной элиты «попал в кадр». Но не по злому умыслу «врагов социализма», а по правилу, заведённому самими же партийными «бонзами» ещё в самые глухие времена созданной ими вертикали власти. Инструкция ЦК КПСС гласила: трансляцию не прерывать, пока все «верхние» не покинут трибуну ленинского мавзолея. В тот первомайский день страх телевизионных начальников оказался сильнее директивы. Они прервали трансляцию, о чём тут же по ВЧ подобострастно прямо на трибуну доложили самому Горбачёву. Он же неожиданно для «подручных партии», да ещё крайне раздражённо, приказал «немедленно включить и продолжить эфир». На экранах телевизоров вновь появилась толпа людей, выкрикивающих антиправительственные лозунги и призывы к Горбачёву уйти в отставку. И только тогда он, не скрывая гнева, ушёл с трибуны, а за ним потянулись и все остальные руководители государства. Многим тогда было понятно: без демократических реформ, начатых именно Горбачёвым, о подобной акции на Красной площади у главной трибуны страны никто бы и заикнуться не посмел. Горбачёв ушёл из власти только после провала государственного, организованного 19-21 августа 1991 года руководящими чинами КПСС, КГБ, МО и МВД СССР переворота, который только ускорил развал советской державы. И определил смену строя в большинстве её республик. А власти новой России в начале 1992 года переименовали День международной солидарности трудящихся просто в Праздник весны и Труда. Но Первомай, впрочем, как и Пасха, сохранили признаки советского уклада жизни до сих пор. Замета тому есть и в уже упомянутой старой песенке «Советская Пасхальная» уже упомянутого писателя Юза Алешковского, где местоимение «там» означает всё, что «за бугром»:

Там красят яйца в синий и зелёный,
А мы их красим только в красный цвет,
В руках несём их гордо, как знамёна
И символ наших радостных побед.

 

Пасху и Первомай в Российской империи, в СССР и новой России, безусловно, объединяет красный цвет. Да обилие еды и выпивки. Кумач – преобладающий колер знамён, драпировок, транспарантов и прочей атрибутики Первомая, как в советское время, так и нынче. Но, ведь, и до него в русских деревнях и сёлах, рабочих слободках и уездных городах существовала прочная пасхальная традиция: мужчины надевали красного цвета рубахи, а женщины - красные платки и косынки. Да и место православных икон в русских избах до сих пор именуют красным углом. Яйца тоже, в основном, красили и красят в красный цвет. И кагор, непременный напиток Пасхи, цвета крови Христовой. А алые знамёна Первомая левые во всём мире до сих пор трактуют как цвет крови беззаветных борцов за рабочее дело.

В XX веке праздник православной Пасхи выпадал на 1 мая в 1910,1921,1932,1994 годах. В XXI-ом – в 2005, 2016 годах и еще будет только под финал столетия – в 2089 году. Вопреки массовым представлениям о полном атеизме большевиков, Светлое Христово Воскресенье, да и другие православные праздники с размахом отмечались и после Октябрьского переворота. 29 октября 1917 года (по старому стилю), на третий день своего образования, Совет Народных Комиссаров издал Декрет «О восьмичасовом рабочем дне», самый первый закон о труде советской власти. Согласно ст. 10 этого документа, «в расписание праздников, в кои не полагается работать», включались «обязательно»: все воскресные дни, 1 января, Богоявление, Крещение Господне, день низвержения самодержавия, Благовещение Пресвятой Богородицы, 1 мая, Успение Пресвятой Богородицы, Воздви́жение Креста Господня, Рождество Христово. В первом советском Декрете о труде особо оговаривалось, что выходными днями «закрепляются» пятница и суббота Страстной недели, т.е. два дня перед Пасхой, сама Пасха, понедельник и вторник Пасхальной недели, т.е. два дня после неё. Нерабочим объявлялся также день Вознесения Господня, 6-й четверг по Пасхе. При этом, число пасхальных выходных при Советах на два дня превышало число пасхальных выходных, дарованных по императорскому Указу. Дни до и после православной Пасхи оставались выходными вплоть до 1930 года. Именно в тот год в «красных днях календаря» власть сохранила только революционные даты. В этой связи ещё более понятными становятся и без того прозрачные слова песенки Юза Алешковского о Пасхе и солидарности трудящихся всех стран. В контексте её написания (в 1960-м), СССР и КНР ещё не рассорились на почве толкования идей марксизма.

Все люди – братья! Обниму китайца,
Привет Мао Цзэдуну передам,
Он жёлтые свои пришлёт мне яйца,
Я красные свои ему отдам.

 

 

В истории России немало примеров, когда дни Первомая и Пасхи обнаруживали яркие события, как масштабного общественно-политического, так и бытового, но знакового уровня.

В 1905 году пасхальные гулянья способствовали созданию в Иваново-Вознесенске первого в России Совета рабочих депутатов – безусловного прообраза власти в стране с конца 1917 по конец 1991 года. В том году Пасха пришлась на 30 апреля. Однако, как мы уже знаем, день перед ней, сам праздник и два дня после него были нерабочими. И обычно с утра после Светлого Воскресения Христова всюду в огромной империи начинались массовые гулянья горожан в лесопарках и пригородных лесах (нечто вроде нынешних майских пикников). Большевистская организация в Русском Манчестере (так Иваново-Вознесенск за преобладание в городе текстильных предприятий прозвали в императорском Совмине) решила использовать пасхальный загул пролетариата для «пропаганды». И удачно совместила политические «маёвки» и массовое празднование Пасхи. Акция имела оглушительный успех. Почти 2/3 ткачей города через день в цеха фабрик не явились. Ещё через 10 дней по инициативе фабрикантов, пытавшихся остановить стачку или, на худой конец, сделать её управляемой, на лесных лужайках, а потом на главной городской площади был избран т.н. Совет уполномоченных депутатов. Этот акт демократии, по донесениям полиции и к преждевременной радости хозяев предприятий, был широко отмечен массовыми выпивками и депутатов, и выборщиков. Совет уполномоченных позже был назван Советом рабочих депутатов. И внезапно отрезвел до реальной силы власти. Да к тому же, ввёл жёсткий «сухой закон» на время всеобщей стачки, остановив работу всех текстильных и смежных с ними предприятий города. Совет фактически руководил не только всеобщей стачкой ткачей, но и всем городом целых 72 дня – ровно столько, по иронии, существовала Парижская коммуна. За всё это время фабрики не выпустили ни метра материи, на складах портился дорогой, купленный в странах Средней Азии, хлопок, засыхали импортные красители. Таким образом, местная крайне немногочисленная организация большевиков успешно выполнила поставленную своим ЦК задачу: выход местных владельцев текстильных мануфактур на Нижегородскую международную ярмарку (главное экономическое событие каждого года в стране) был сорван. Кроме того, пасхальные дни 1905 года в Иваново-Вознесенске, продолжение которых «упало» на День интернациональной солидарности трудящихся, по осени привели к экономическому коллапсу всей текстильной отрасли Российской империи, по счастью, непродолжительному. 

 

В 1921 году совпадение дней Первомая и православной Пасхи помогли Советам ликвидировать крестьянское восстание в Тамбовской губернии. Именно к этой праздничной дате красный военачальник Михаил Тухачевский приурочил начало завершающей фазы своей армейской операции по уничтожению последних, наиболее яростно сопротивляющихся, формирований Александра Антонова, коренного москвича, одного из руководителей тамбовской милиции. Тот, насмотревшись на большевистские экспроприации добра у землепашцев, за короткое время сумел создать «Союз трудового крестьянства» и поднял мятеж против советской власти. Люди пошли за ним, потому что после ленинской продразвёрстки, им уже нечего было терять. Тухачевский применил против повстанцев артиллерию, конницу и пулемётные тачанки. В отдельные районы направил броневики. В архивах сохранились свидетельства о ручной бомбардировке крестьянских поселений с аэропланов – всего было задействовано 2 авиаотряда. И о массовом применении химического оружия – хлора марки Е56. При подавлении восстания впервые в череде мер «красного террора» по личному приказу Тухачевского широко использовалась «метода» захвата и расстрела заложников, включая (так по тексту приказа) «детей от 1 до 10 лет». Отражённые документы свидетельствуют о 450 девочек и мальчиков, попавших в заложники красноармейцев. Некоторые из них, судя по рапортам нижних чинов РККА, были расстреляны или зарублены саблями, т.к. их родители не явились в армейские штабы или в ЧК. По приказу Тухачевского была организована и массовая, проводимая по инструкции на склонах оврагов и балок, ликвидация семей повстанцев из станковых пулемётов «в целях защиты идеалов пролетарской революции». Также по данным архивов, только за один тот праздничный день полностью были разрушены и сожжены 8 торговых сёл и 12 деревень. Всего же, по разным источникам, при подавлении РККА восстания крестьян в Тамбовской губернии погибли от 30 до 50 тысяч человек, включая детей, женщин, стариков. Награжденный Орденом Красного Знамени, военачальник страны Советов, став маршалом, в 1937 году был ошельмован и расстрелян властью, которой верно служил, и плоть от плоти которой был сам. Но тогда, на исходе Гражданской войны, не скрывал: дату решающего подавления восстания выбрал не случайно: совпали два больших праздника, в которые не принято поливать землю кровью. При этом, начал армейскую операцию сразу же после заутрени, когда крестьяне семьями выходили из храмов, т.е. были не вооружены.

 

Через 11 лет, в 1932 году, когда опять православная Пасха и Первомай «скрестились», в СССР началась «пятилетка безбожия». Её объявил сам Сталин. Согласно подписанному им Постановлению к 1 мая 1937 года в стране каждый и все были должны «забыть имя Бога». Основная роль в борьбе с конфессиями (и, прежде всего, с РПЦ) отводилась Союзу воинствующих безбожников во главе с Емельяном Ярославским. «Пятилетка безбожия» удалась на славу. В частности, были полностью разрушены (как Храм Христа Спасителя в Москве), закрыты и превращены в склады, конюшни, коровники, а реже в ДК 95 процентов всех действовавших объектов православной культуры. Монастыри отданы под коммуналки и кустарные предприятия. Были ликвидированы 70 епархий, 40 из 44 архиереев арестованы, замучены на допросах в НКВД, расстреляны или отправлены в ГУЛАГ.

Каждый год под Воскресение Христово репертуарные комиссии системы кинофикации и кинопроката приглашали в горкомы, обкомы, крайкомы правящей и единственной в стране партии. Задача ставилась одна и та же: «заглушить» возгласы священников в храмах «Христос воскресе!» ночными сеансами на 22.00-23.00., «зарядить» на них самые «кассовые» фильмы. И, тем самым, отвлечь народ от пасхальных служб в церквях. Нередко именно под такие киносеансы приберегали премьерные показы «слезоточивых» индийских мелодрам с обильными песнопениями или крутых боевиков и детективов. Народ шёл валом, потому как прокатчики умело «пускали слушок»: в другой раз фильм могут и не показать.

 

Алкоголь – непременный «атрибут» и Пасхи, и Первомая. В советском прошлом все винные отделы продуктовых магазинов и гастрономов вдоль улицы Горького (ныне Тверской) в Москве на время первомайской демонстрации закрывали. Знаменитые «Российские вина», что были напротив Центрального телеграфа, как правило, 1 мая начинали работу лишь в 15.00. Но мало кто знал, что легендарный гастроном «Елисеевский», у которого винный отдел выходил на задворки, тихо торговал сухим вином и портвейном с 09 часов, не взирая на прохождение колонн с оркестрами по главной улице столицы. Под звуки лозунгов и маршей, доносившихся с «кремлёвской» магистрали, вкусить алкогольные напитки и нехитрую закуску прямо на фанерных ящиках, во дворе «главного гастронома страны» собирались те, кто смог как-то «просочиться» из колонн (на то нужно было особое мастерство) через кордоны милиционеров. Или те, кто добрался до винного «источника» задами. 1 мая и, как правило, с 7 утра работал и популярный среди москвичей и гостей столицы подвальный пивной бар в Столешниковом переулке. В знаменитую пивную народ приходил обычно с «заначенными» в пиджаках и брюках «глупенькими» (или «чекушками») – бутылочками водки по 0,25 л. Её потребляли, вливая понемногу в кружки с пивом. А вообще в советских кафе, пивных, рюмочных и «забегаловках» особенно многолюдно было с утра в годы, когда Пасха приходилась на 30 апреля. А Первомай на следующий после неё день (в 1978, 1989 и 2000 годах). Один из «заветов» для участников первомайских шествий гласил: «Дойти до трибуны». В СССР были две официальные демонстрации, в которых народные массы должны были участвовать непременно – на 7 ноября (День Великой Октябрьской социалистической революции) и на 1 мая (Международный день солидарности трудящихся). По партийному «учёту и контролю» те, кто шёл в колоннах почему-то именно в тёплые дни 1 мая потребляли алкоголя значительно больше, нежели в холодные и, как правило, промозглые дни 7 ноября. Но всякий раз напутствие парторгов и профоргов предприятий и организаций перед праздничными походами народа было одинаковым: «Только дойдите до трибуны. Держитесь! А позже – хоть упейтесь». Повсеместной была практика давать один день отгула тем, кто нёс транспаранты или портреты членов Политбюро ЦК КПСС. Два дня отгула давали тем, кто держал в руках знамёна или катил по улицам украшенную тележку с названием предприятия, организации или учебного заведения. «Льгота» отгулов не распространялась на членов КПСС. Практически после каждой демонстрации милиционеры и работники ЖКХ собирали с тихих улочек, переулков и с дворов в местах, где она завершалась, плакаты, транспаранты и даже портреты членов Политбюро на деревянной ручке. Эти «предметы» первомайского шествия обычно валялась рядом с пустыми бутылками из-под водки, портвейна вермута, пива и других напитков, разбросанных бумажных стаканчиков, пустых консервных банок и серебристой «шелухи» от плавленых сырков.

А писатель Юз Алешковский закончил свою песенку «Советская Пасхальная» просто и символично:

Сияет солнце мира в небе чистом,
И на душе у всех одна мечта:
Чтоб коммунисты и империалисты
Прислушались к учению Христа.

Так расцелуемся, давай, прохожая!
Прости меня за чистый интерес.
Мы на людей становимся похожими…
Давай ещё!.. Воистину воскрес!

 

Первое мая без политики в разных странах отмечают по-своему. В Германии, Чехии, Словакии и Швейцарии, к примеру, в ночь на 1 мая парни сажают дерево под окном любимой девушки. В надежде обрести жену. В британской столице Лондоне в первый день мая с утра родители посылают своих детей продавать цветы по домам. А потом все вместе бросают монеты в «колодцы желаний». А так-то в западной Европе с 30 апреля на 1 мая - «Вальпургиева ночь». И считается, что именно в это время устраивают шабаш ведьмы. В России в такую ночь не верят, её не жалуют и не отмечают.

 

 

Евгений Кузнецов

 

 


Другие материалы

-
-