Сегодня ночью на 91-м году жизни умер  шестой король Саудовской Аравии Абдалла ибн Абдул-Азиз Аль Сауд. Роль короля Абдаллы в жизни Ближнего Востока без преувеличения можно назвать исторической. Многое сделал он и для Северного Кавказа. Так, сегодня Чеченская Республика – один из наиболее динамично развивающихся регионов РФ. Однако еще 15 лет назад это было далеко не так. Ситуация начала меняться в лучшую сторону, когда пост главы региона занял Ахмат Хаджи Кадыров. Одним из ключевых моментов по налаживанию мирной жизни в Чечне стал визит Ахмата Хаджи в Саудовскую Аравию. На тот момент, в начале 2000-х Андрей Бакланов работал послом в Саудовской Аравии и были одним из организаторов визита. Сегодня Андрей Бакланов - известный российский ученый-востоковед, эксперт в области международных отношений – гость в студии «Вестника Кавказа».

- Андрей Глебович Бакланов, расскажите, пожалуйста, как все проходило, как возникла идея?

- Идея возникла во время переговоров в то время тогдашнего наследного принца Абдаллы, когда он приехал в сентябре 2003 года в Москву. Конечно, перед тем, как состоялся этот визит, была очень длительная подготовка и даже, если брать глубже, переориентация наших отношений. Важным аспектом, который сдерживал до поры эту переориентацию, было различие подходов сторон в отношении событий на Кавказе, в частности, в Чечне. Я приехал как раз в 2000 году в Саудовскую Аравию, когда наши отношения были на пике различий этих позиций, и они носили, я бы сказал, недружественный характер. Но разъясняя министру иностранных дел, Сауду Фейсалу, политическому руководству страны суть событий (из-за чего они начались, с чем связаны, внешнее воздействие, характер этого внешнего воздействия, общий провокационный фон, связанный с этими событиями) мы сумели изменить подход политического руководства саудовцев и к новому чеченскому руководству, и к проблеме Чечни, и к целому комплексу наших отношений. И состоялся этот визит. Участником переговоров был Ахмат Хаджи Кадыров. Наследный принц так на него все время поглядывал, он был очень тонким, внимательным человеком, он прекрасно знал людей, пользовался огромным авторитетом, хорошо разбирался в людях, и я так понял, что он сделал для себя какие-то определенные выводы, даже внешне разглядывая Кадырова. Когда во время переговоров встал вопрос о том, чтобы напрямую установить общение между представителями кавказского региона, Чечни и саудовским руководством, он в принципе нормально это воспринял, хотя согласия в такой четко выраженной форме не дал, но сказал, что давайте посмотрим.

- А дальше подключилась российская дипломатия?

- Мы продолжили работу. А уже в конце 2003 года я был на беседе уже у короля у Абдаллы, у нас с ним очень хорошие отношения установились, в принципе посол дальше министра в Саудовской Аравии как правило не ходит, к наследному принцу, королю, это очень редко. Но тут он принимал, я воспользовался этим и поставил в практическую плоскость вопрос о визите Кадырова. Мы поговорили 2,5 часа. В результате король не только дал согласие, но и сказал - ладно, коли будем принимать президента Кадырова, то организуем это на самом высоком уровне, и пускай он приезжает как гость, и он, и вся его команда. И принял в правительственном особняке и в Джидде, в Эр-Рияде.

- А какой аргумент был решающий? Что заставило короля переменить решение?

- Рассказ о том, каким образом вся эта провокация, связанная с Чечнёй, организовывалась. Я раскрыл определенные карты. Сейчас у нас даже по телевидению показывают про Березовского, а в то время эти факты были не столь очевидны. Но я этими фактами обладал и всю подкладку провокационную показал, что дело совершенно никакого отношения к исламу не имеет, и искусственно вбили клин между двумя народами. И он эту аргументацию понял. Он, наверное, где-то догадывался о том, что не так все просто. Потому что сами саудовцы ведь тоже отслеживают развитие ситуации в регионе, они опыт имеют большой в предотвращении всякого рода нежелательного развития событий, покушения на их территориальную целостность, на восточную провинцию. Вы знаете, там такие процессы внутри и вне страны в особенности есть. Поэтому он воспринял эту аргументацию и дал согласие на организацию визита. Мы потом встречались еще раз с Кадыровым и согласовали такую схему, что он приедет во главе более широкой делегации, где будут представители других кавказских регионов. И он привез с собой религиозных деятелей не только Чечни, но и Кавказа.
Для саудовцев это была делегация представителей субъектов федерации Кавказа во главе с тем, кого они решили, что он будет самым главным, а именно президент Кадыров. Когда в Москве еще был президент Кадыров на беседе с наследным принцем, мы рядом сидели, он говорит: «Посмотри, пожалуйста, правильно я подписал книжку?» Он подписал на арабском языке. Я посмотрел, и мне стало ясно, он просто хотел мне показать, насколько хорошо он знает язык и как он умеет писать. Что там проверять, прекрасно все было написано, он просто хотел, чтобы я убедился, и я убедился, что, конечно, истоки его знаний, в том числе, арабского языка, потому что у него религиозное глубокое образование, у него и его родственников по отцовской линии. Это всё, конечно, было очень важно. Когда он в дальнейшем приехал, это его прекрасная подготовленность сыграла очень большую роль в плане доверия к тому, о чем он говорил. Он был прекрасный оратор. Он выступал. И когда уже визит начался, он начался у нас в Джидде.
В самом начале визита была встреча с представителями интеллектуальной верхушки всей Саудовской Аравии на полях богатейшего человека, мультимиллионера Эль-Ходжи. Его резиденция была в Джидде. И после первого раунда переговоров в Торгово-промышленной палате мы были у Эль-Ходжи. Была очень хорошая обстановка, дружеская. Вся наша делегация, очень много местных было, и духовных лиц, и политических, общественных деятелей. Беседа была на редкость откровенная. Люди, услышав то, с чем выступил Кадыров, было ясно, что они, конечно, очень сильно изменили свой подход, потому что во многом, конечно, было связано с тем, что читали по западным СМИ. Психологически эта встреча с большим количеством саудовцев, откровенные ответы на любые вопросы, которые там ставились, и за столом сидели, он прогуливался с Ходжи и с другими приглашенными. Была возможность откровенно поговорить.

Продолжение следует