Сергей Рябухин: "Сейчас очень большой объем средств направляется в реальный сектор экономики"

23 апр. 2015 г. в 12:48
1183
 
Сергей Рябухин: "Сейчас очень большой объем средств направляется в реальный сектор экономики"

Владимир Путин подписал закон о поправках в бюджет страны 2015 года. Согласно обновленной версии, дефицит бюджета находится на уровне 3,7% ВВП — это около 2,675 трлн рублей. Ранее его фиксировали на отметке в 0,6% ВВП, то есть 430,7 млрд рублей. Ранее поправки были одобрены Госдумой и Советом Федерации. Об изменениях в основном финансовом документе страны "Вестнику Кавказа" рассказал председатель комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам, сенатор от Ульяновской области Сергей Рябухин.

- Дмитрий Медведев, выступая в Госдуме, заявил, что у России новая экономическая реальность, и она будет проверять всех нас на прочность. Насколько эта новая реальность отразилась на бюджете на ближайшие три года?

- Очень правильный вопрос, и он содержит несколько подвопросов. Обычно это по истечении первого квартала и даже первого полугодия мы вносим поправки в бюджет текущего года. Обстановка, которая связана с санкциями и контрсанкциями, которые мы вынуждены были применить к ЕС и к ряду других стран, отразилось на доступе к внешним заимствованиям для реального сектора нашей экономики. На протяжении многих лет большое количество предприятий, корпораций малого и среднего бизнеса ориентировалось на внешние заимствования и находилось в иллюзии, что это благо для нас, тем более ЦБ очень старался выполнить задачу снижения ставок по кредитованию, поэтому и были преимущественно заимствования за рубежом. Ограничение доступа к внешним заимствованиям и санкции, конъюнктура цен на углеводородное сырье (доходы на 50% зависят от реализации углеводородного сырья) отразились на бюджете.
Совокупность этих трех факторов заставила правительство быстрее среагировать на эти вызовы, о которых премьер сказал в Госдуме. Мы поддерживаем такой подход, хотя есть некоторые экспертные оценки, что мы зря поспешили, надо было достаться полномасштабной отчетности по итогам первого квартала, оценить, сделать анализ. Но в регионах, да и в отраслях экономики, в главных распределителях бюджетной системы ждут, когда будут полномасштабные ассигнования на те или иные виды расходов федерального бюджета. Поэтому можно применить к этому бюджету, который мы приняли на прошлой неделе, термин "бюджет оперативного реагирования". Промедлить здесь – только навредить себе. И думаю, что это не последняя поправка. В прежнем варианте бюджета ключевые характеристики, параметры, цена доллара, цена на нефть совершенно не отвечали сложившейся экономической реальности. Поэтому, думаю, что критики здесь не объективны в оценке анализа и в анализе сложившейся ситуации. Абсолютно правильно поступило правительство, что внесло в Федеральное Собрание эти изменения. И я думаю, что с этими вызовами мы справимся.

- То есть вы считаете, что возможны еще поправки к этому бюджету? Это, наверное, будет связано все-таки с какими-то позитивными факторами, например, ростом цен на нефть?

- Не только. Потому что есть волатильность в цене, в курсе национальной валюты. Эти факторы тоже влияют на параметры бюджета.

- То есть мы готовы и к положительному, и к отрицательному сценарию?

- Да. Но я еще хотел бы один фактор, который существенно повлиял на принятие решения по поправкам этого бюджета - это антикризисный план, как он в народе называется. План неотложных мер, которые сейчас необходимо реализовывать в связи с этими обстоятельствами, которые вызваны санкциями. Антикризисный план предполагает большую "инъекцию" в реальный сектор экономики. Для поддержки сельского хозяйства, в аграрный сектор предполагается внести порядка 20 миллиардов; в промышленность, допустим, через корпорацию Ростехнологии, на поддержку двигателестроения 21,5 миллиард. Там четыре мощных акционерных общества, в том числе и Рыбинский завод и другие двигателестроительные заводы, которые получили мощный заказ для нашей гражданской и оборонной авиации. Реконструкция шести крупнейших в России аэропортов - около 6 миллиардов. Создание инновационных региональных кластеров – 1,5 миллиарда. Очень большой объем средств направляется в реальный сектор экономики. Мы оперативно внесли поправки, и теперь быстрее появятся бюджетные назначения, на основании которых эти средства, ассигнования пойдут в отрасли нашей национальной экономики и в виде дотаций в субъекты Российской Федерации.

- Главной задачей комитета, который вы возглавляете, в прошлом году была защита регионов. В связи с новыми экономическими реалиями, какие задачи вы ставите на этот год? Или же приоритеты сохраняются?

- В прошлом году мы выносили как приоритет совершенствования межбюджетных отношений. Нас поддержал и совет палаты, и [спикер Совета федерации] Валентина Матвиенко, которая дала поручение на пленарном заседании разработать дорожную карту. В эту работу мы включили и Минфин как официального представителя правительства РФ, и Счетную палату. У нас получилась очень серьезная дорожная карта, она содержит 21 раздел. Минфин согласился с подавляющим большинством этих предложений. Мы сейчас принуждаем Минфин следовать этой дорожной карте. Это первая задача, которую мы в течение прошлого года выполнили, и теперь будем настаивать на том, чтобы все эти пункты неукоснительно соблюдались, потому что любое отклонение от этой дорожной карты по совершенствованию межбюджетных отношений ведет к увеличению долгового навеса, который уже перевалил за 2 триллиона.
Консолидированный бюджет - одна из ключевых, болезненных проблем в нашей бюджетной системе страны. Она состоит из нескольких уровней – федеральный, региональный, муниципальный или поселенческий. Любое неисполнение бюджетных обязательств болезненно сказывается на простом гражданине, на человеке, который лишен той или иной официальной, публичной, непубличной услуги со стороны бюджета.
В прошлом году была еще одна чувствительная тема. В ноябре 2013 года мы провели расширенные парламентские слушания с целью проверки, как правительство реализует послание президента 2013 года в плане деофшоризации экономики. Сейчас эта тема на слуху, а тогда мы проанализировали отчет Счетной палаты и пришли в изумление - 520 миллиардов долларов внешнеторгового оборота 329 миллиардов по итогам 2013 года эти все транзакции, все международные контракты, договоры прошли через низконалоговые юрисдикции, через оффшорные зоны.

- Мимо бюджета РФ?

- Абсолютно. Мы выслушали доклад представителей Счетной палаты, разработали комплекс мер, назвали их «рекомендации» в адрес правительства, в адрес Минфина, в адрес Минэкономики, таможни, в адрес самих себя - потому что надо было формировать ряд поправок и не только в сфере банковской деятельности, внешнеторговой деятельности, валютного контроля, но и даже Уголовного кодекса. Мы разработали пять законопроектов. Некоторые из них уже прошли первые чтения. Речь идет не только о контролируемых иностранных компаниях, но мы рассматривали возможность амнистии. Премьер правильно сформулировал, это не амнистия в обычном, традиционном понимании слова. Речь идет о том, что государство дает возможность собственнику активов или финансовых ресурсов, которые он не регистрировал, никак не декларировал, без последствий для себя, без уголовного преследования заявить об их наличии и с этого момента быть добросовестным, добропорядочным и дисциплинированным налогоплаительщиком. Это с большой натяжкой можно назвать амнистией.
Еще в 2004 году президент Путин говорил: "Вы пыль замучаетесь глотать, возвращая свои деньги". Тогда не понимали, о чем идет речь, а сейчас наступило время, когда "вашингтонский обком партии" применяет против нас политические, экономические, финансовые рычаги давления, и это становится актуальным.
Иллюзия того, что нас все с распростертыми объятьями ждут нас на потребительских и финансовых мировых рынках, рассеивается. Все начинают понимать, что все-таки мы должны быть озабочены не только состоянием личного бизнеса, личного дела, хозяйства, но и вот наполнением доходной части регионального, муниципального, федерального бюджета, чтобы выполнять функции, связанные с суверенитетом нашего государства. Воровство есть воровство - это прописать в законодательстве. Умышленное уклонение от налогов называлось до 2014 года ласково - "оптимизация налоговой политики". Но этом самое настоящее воровство.
В этой части мы не только вот запустили процесс законотворчества, но и уже получили какие-то результаты, которые начнут работать буквально с 1 июля.

- А каковы приоритеты этого года?

- Сейчас нужно сконцентрироваться на качестве управления бюджетными и финансовыми ресурсами. Это многоплановая задача, она связана и с тем, что 24 трлн, которые расторговываются, проходят по ежегодным торгам и закупкам для государственных муниципальных нужд, и здесь нужно наводить порядок.
Если анализировать материалы, которые [председатель Счетной палаты Татьяна] Голикова направляет в наш бюджетный комитет, диву даешься - никакие санкции, жесточайшие меры уголовного преследования не могут отрезвить недобросовестных и нечистых на руку людей. Они все равно находят способы уклонения от законодательства, которое регламентирует правила организации закупок и закупочных процедур.
70% торгов для государственных нужд проходит не на конкурсной основе, а от единственного поставщика услуг. Делается для того, чтобы повысить стоимость услуг. Если мы сэкономим 10% от этих торгов, то это 2,4 триллиона.
Надо наводить порядок и в налоговом администрировании. При администрировании НДС мы можем увидеть по внешнеторговым операциям, до 2 трлн в год незаконного возмещения НДС. То есть появляется целая индустрия.

- Как это возможно?

- Самая распространенная мошенническая схема: у вас есть, условно говоря, поддержанный станок времен Первой империалистической войны; вы его вывозите в Польшу или в Прибалтику, продаете фирме-однодневке, которую вы там зарегистрировали, и этот станок, который является утильсырьем, оцениваете в декларации в миллион долларов. Сдав его в металлолом, вы бы получили 2-3 тыс. рублей, а здесь вы продекларировали за 1 млн дол. и по существующему законодательству можете возвратить 18% НДС, то есть вы 180 тыс. с этого миллиона можете получить.
Существует такой изъян в нашем законодательстве. И здесь должна быть ответственность налоговой, таможенной служб и если возникает судебная практика в этой части, то и судебные органы должны реагировать на подобного рода мошеннические схемы.
По анализу экспертов, это приблизительно 2 трл рублей незаконного возмещения НДС. Есть республики и субъекты федерации, где объем возвращения НДС равен или даже превышает внешнеторговый оборот.
Но у нас много других факторов, которые заставляют нас сконцентрироваться на задаче качества использования финансовых и иных государственных ресурсов, в частности использование имущественного комплекса (вспомним дело Оборонсервиса).

- Министр финансов Антон Силуанов недавно заявил, что в последнее время отток капиталов замедлился, если сравнивать с концом прошлого года. Это тенденция или все же временный показатель?

- Это тенденция, основанная на многих факторах. Сыграл роль призыв высшего руководства страны к бизнесу, что если вы всерьез озабочены судьбой вашего капитала, вашего бизнеса, то вы должны возвращаться в российскую юрисдикцию, не рассчитывайте на то, что вас в Европе будут защищать, охранять, страховать или поддерживать, возвращайтесь. Закончились 1990-е годы, когда государство не просто не поддерживало, а вообще не было и такой политики в рамках гайдаровской рыночной экономики. Хотя вот мы уже к тому времени видели, что в Европе создается мощный эмиссионный финансовый центр евро. На этом фоне нам был навязана дезинтеграция. Гарвардские ребята нам рассказывали: "Вы не обращайте внимания, что Европа объединяется, что они создают свою валюту, что будет эмиссионный центр. Не обращайте на то, что Америка планирует на 50 лет вперед…"
Слава богу, что тяжелое такое время 1990-х прошло. Сейчас уже есть закон о стратегическом планировании. Потребовалось 23 года, чтобы мы отказались от лозунга "нам все равно куда идти, нас никогда не сбить с пути".
Я доволен, что есть понимание у высшего политического руководства, у правительства, у финансовых органов, в том числе и у Антона Силуанова. Все понимают, что нужна концепция стратегического развития, что нужно работающее законодательство.
Внешние угрозы заключаются в том, Федеральная резервная система США, которая печатает деньги, материализует их в наши активы, а потом эти "фантики", уже овеществленные уходят за рубеж. Это размывание национальной экономики. Здесь чрезвычайно важна роль правительства и Центрального банка.
События декабря прошлого года, когда была целенаправленная атака на рубль, научила всех. И Центральный банк вынужден был принять комплекс мер.
Нет худа без добра. Двукратная девальвация рубля создала благоприятные условия для развития собственного производства. Когда дешевеет рубль, это стимул для развития собственного производства, и не только в рамках антикризисной программы.
Я скептически отношусь к лозунгам о том, что программа импортозамещения продвинет экономику вперед. Она просто закроет образовавшиеся дыры. А вот радикальный прорыв в реальном секторе экономики, в промышленности, в сельском хозяйстве произойдет, когда есть стратегия развития. Когда деньги бросают не на то, чтобы заткнуть дыру, а создают условия для того, чтобы ассигнования пошли на высокую науку, на прикладную науку.
Причем суммы очень большие. В бюджете заложено 320 млрд на науку. Если бы мне 15-16 лет назад сказали, что в год на науку будет столько направляться, я бы никогда не поверил. Это прикладная наука, привязка к реальному сектору, к производству, и формирование собственного потребительского рынка. Надо уходить от долларовой зависимости в экономике. Для этого надо сделать более устойчивой кредитно-денежную политику.
Состояние системы определяется по состоянию слабого звена. В нашей кредитно-финансовой системе слабым звеном является отсутствие дешевых и длинных денег.
Нужен целый комплекс мер денежно-валютного регулирования, который сделает доступным кредит, а стало быть, насытит экономику необходимым количеством денег. По данным Центрального банка за 2014 год, к уровню 2013 года кредитный портфель вырос на 3 с лишним триллиона. В 2013 году валовой кредит, который выдавал Центральный банк был 5 трлн, а в прошлом году - 8,5 трлн.
У нас много талантливых, энергичных людей, которые готовы заниматься личным производством. Надо делать кредитно-денежную систему нашей страны конкурентоспособной, чтобы предприятия не занимали за рубежом, а развивали свой бизнес, укрепляли свою экономику, занимались импортозамещением, не просто выполняя поручения премьера, а чтобы это система была.
Номенклатурный ряд химической промышленности в период СССР превышал 700 позиций, а сейчас не более 70 позиций. Приходится завозить из-за рубежа. Зачем мы поставляем газ и нефть за рубеж, чтобы потом зависеть от санкций латышей, литовцев, если мы поставляем туда нефть.
Сейчас в Татарстане открывается крупный нефтехимический комплекс. Большая программа в других субъектах федерации - в Белгородской области, в Калужской области. Есть целый ряд территориальных инновационных кластеров, которые сейчас системно занимаются этими вопросами.

- Ряд иностранных рейтинговых агентств, таких как S&P, Moody’s понизили рейтинг России. Это экономическое решение или есть политическая составляющая в этом вопросе?

- Это чистой воды политическая акция - дискредитировать и дестабилизировать. Это же не просто какое-то виртуальное шоу - рейтинг уменьшается, значит, на мировом рынке доступность наших заемщиков сокращается.

- У России нет своего рейтингового агентства. А у Китая, допустим, есть. Стоит нам подумать о создании собственного рейтингового агентства?

- Кстати, такая работа уже ведется. С Антоном Германовичем Силуановым у нас такой разговор был, с [председателем Центробанка] Эльвирой Набиуллиной тоже был. Я думаю, что в этом году у нас уже появится такое агентство. Другое дело, что его авторитет и значимость не наберут в течение одного года такого потенциала. Поэтому чем быстрее, тем лучше. Аналогичная ситуация с национальной платежной системой. Мы находились в плену заблуждений - зачем нам изобретать велосипед, когда есть MsterCard и VISA. Но они нам "зубы показали", на два дня дестабилизировали обстановку, и началась паника. Это сразу же всех отрезвило.
В мире существует около 10 миллиардов карточек. И на первом месте не MasterCard и не VISA,. 34% из этих 10 миллиардов – это China, китайская карта. Китайцы не стали впадать в заблуждение, в такую доверчивость.
Это, видимо, склонность только русского характера доверять всем, а китайцы они прагматичные, они воспитаны на Конфуции – доверяют, но делают свое. Они это сделали 12 лет назад. Я не удивлюсь, если мы через год, через два узнаем, что Китай стал третьим эмиссионным центром, который будет печатать свои юани, и они будут ходить так же, как доллар и евро. И нам надо стремиться к этому. Нельзя находиться в зависимости американского доллара или евро, надо создавать свою систему.
Наши друзья-китайцы предлагают нас сотрудничество (мы даже в БРИКС входим вместе), но я думаю, что надо создавать свою национальную систему. Будет 8-9 июля саммит БРИКС, и, думаю, это будет одна из обсуждаемых там тем. Ключевой же темой будет Центральный Банк. Надо уходить от зависимости от европейской или международного банка, валютной системы. В прошлом году на саммите БРИКС в Латинской Америки определили уже и сумму уставного капитала, и где будет располагаться банк, где будет располагаться расчетный центр, ревизионная комиссия, кто будет возглавлять. Регламентные работы закончились. И это происходило не 20 лет, как в Европе, а очень динамично. Здесь, конечно, и авторитет и динамика президента Путина сказались, он лично занимался этим вопросом. Поэтому мы сейчас на пороге тех событий, когда в июле кроме банка и кассово-расчетной системы будет рассмотрен и вопрос о единой в рамках БРИКС системы взаимоотношений национальных карточных систем.

- Сергей Николаевич, мы находимся на «Вестнике Кавказа», поэтому не могу вас не спросить, бывали ли вы на Кавказе, есть ли у вас там любимые места?

- Я 12 с лишним лет работал аудитором Счетной палаты. Мы с Сергеем Вадимовичем Степашиным проверяли исполнение федеральных целевых программ на местах - Чечня, Ингушетия, делали проверку национальных программ с точки зрения целевого законного фиксирования расходов - в Дагестане, в Карачаево-Черкесии, в Кабардино-Балкарии.
Когда Степашин возглавлял Европейскую организацию высших органов финансового контроля, мы много мероприятий проводили в Азербайджане. Занимались проблемой интеграции законодательства Южной Осетии и Абхазии.
На Кавказе у меня очень много друзей и знакомых. Это удивительные люди, удивительные места, уникальная история, в каждой республике, в каждом регионе свои особенности, национальные особенности, своя привлекательность. Поэтому я люблю бывать там, люблю людей, которые там проживают. И по мере сил и возможностей стараюсь помочь в развитии региональных программ социально-экономического развития.